ГЛУПЫЙ ВОЛК

Жил-был волк, старый-престарый. Зубы у него приломались, глаза плохо видят. Тяжело стало жить старому: хоть ложись да помирай.
Вот пошел волк в поле искать себе добычи и видит — пасется жеребенок.
— Жеребенок, жеребенок, я тебя съем! 
— Где тебе, старому, съесть меня! Да у тебя и зубов-то нет.
— А вот есть зубы! 
— Покажи, коли не хвастаешь! 
Волк и оскалил зубы:
— Смотри! 
А жеребенок лягнул его изо всех сил по оскаленным зубам да и был таков.
Упал волк без памяти. Лежал, лежал, насилу очухался. Голод не тетка, побрел он дальше.
Идет лесом, навстречу ему — портной. Веселый такой портной: песни поет и аршином железным помахивает.
Остановился волк посреди дороги:
— Портной, портной, я тебя съем! 
Посмотрел портной на волка:
— Ну, что ж делать! Так и быть, ешь. Дай только смеряю тебе брюхо: влезу ли еще в тебя-то. 
— Меряй, — говорит волк, — да поскорей, а то очень есть хочу. 
Портной зашел сзади, схватил волка за хвост, намотал его на руку и давай по бокам аршином лупить, бьет да приговаривает:
— Аршин вдоль, аршин поперек! Аршин вдоль, аршин поперек! 
Рвался, рвался волк, полхвоста оторвал, насилу ноги унес.
Плетется волк да зализывает рану. Вдруг видит — пасется на горе большой козел.
— Козел, а козел! Я тебя съем! 
— Ну что ж, коли тебе хочется. Только зачем понапрасну — зубы ломать, ты лучше стань под горой и разинь пасть пошире, а я с горы разбегусь — да прямо к тебе в рот.
Волк стал под горой, разинул пасть и ждет.
Козел разбежался с горы и ударил волка в лоб, тот с ног свалился. А козел и был таков.
Отлежался волк, встал и думает:
«Проглотил я козла или нет? Коли бы я съел козла, брюхо было бы полнехонько. Наверно, он меня, бездельник, обманул».
Погоревал, погоревал и пошел опять искать себе добычи. Увидел под кустом падаль, бросился на нее и попал в капкан.